Экономика стран востока

Soglashenie ob okazanii iuridicheskoi` pomoshchiДоговор принято анализировать, начиная с уточнения его квалифицирующих признаков, таких как предмет договора, его субъектный состав, цель заключения договора и др. Выявление отличительных признаков конкретного договора позволяет установить место данного договора в системе обязательственного права. По нашему мнению, предложенную выше схему следует применить и для анализа соглашения об оказании юридической помощи.

Примечание. 100% опрошенных членов квалификационных комиссий адвокатских палат субъектов РФ отметили, что в процессе рассмотрения дисциплинарных разбирательств они начинают изучение соглашений об оказании юридической помощи с условий о предмете, оплате и ответственности сторон.

Юридическую помощь в литературе определяют как осуществляемое средствами юридического характера адресное невластное профессиональное и организованное содействие реализации прав и свобод личности в целях преодоления проблемной правовой ситуации и максимально благоприятного удовлетворения ее индивидуальных интересов. Следовательно, с точки зрения правовой цели обязательства, т.е. того результата, к которому стремятся стороны, договор об оказании юридической помощи следует отнести к группе договорных обязательств по выполнению работ и оказанию услуг. Если вам нужна юридическая помощь в москве тогда зайдите сюда http://www.vplaw.ru

Чаще всего юридическая помощь по своей сути представляет собой услугу без передачи доверителю овеществленного результата (за исключением случаев составления адвокатом различных юридических заключений, заявлений, запросов и т.п.). В случае, когда лицо нуждается в защите своих прав и интересов, ему необходима именно помощь и юридическая поддержка со стороны адвоката. Однако следует отметить, что, по сути, адвокат в процессе выполнения поручения доверителя практически всегда преследует достижение определенного нематериального результата оказания юридической помощи, получение определенного блага для доверителя: вынесение судебного решения о присуждении имущества, назначение пенсий или пособий, вынесение оправдательного приговора. В то же время говорить о том, что предметом оказания юридической помощи является именно конкретный результат, не следует, поскольку достижение этого результата не зависит только от воли и способностей адвоката, например, вынесение судебного решения по конкретному делу находится исключительно в компетенции суда. На наш взгляд, следует согласиться с замечанием А.В. Клигмана относительно того, что сами по себе юридические действия адвоката в процессе выполнения поручения не создают материально-правовых последствий. Адвокат же может повлиять на решение суда исключительно путем убеждения его в правильности и обоснованности представленной им позиции.

Встречаются случаи, когда стороны сознательно не включают в предмет соглашения об оказании юридической помощи обязанность адвоката добиться определенного положительного результата. В частности, адвокат не имеет права давать обещание положительного результата по любому делу, а не только по которому сложно спрогнозировать позицию суда, или при принятии поручения доверителя лишь на стадии кассационного или надзорного обжалования, когда затруднено представление новых доказательств. Но даже в тех случаях, когда оказываемая юридическая помощь предполагает передачу доверителю определенного овеществленного результата (составление проектов договоров, завещаний, юридических заключений), он характеризуется строго индивидуальной предназначенностью для конкретного заказчика и крайне редко способен к вовлечению в гражданский оборот в качестве товара. Однако это не мешает адвокату иметь в наличии типовые формы наиболее часто подготавливаемых им для доверителей документов с тем, чтобы в дальнейшем адаптировать такую типовую форму под конкретные потребности доверителя. В данной ситуации можно говорить если не о моментальной потребляемости услуги адвоката, то, по крайней мере, о таком благе, которое потребляется доверителем однократно и не имеет какой-либо остаточной стоимости.

Долгое время основной особенностью услуг выступала негарантированность результата. Как отмечал А.В. Клигман, если порученное дело ведется должным образом, считается, что адвокат выполняет принятое на себя обязательство, хотя бы ожидаемый эффект не наступил. Кроме того, с точки зрения отношений между адвокатом и доверителем для доверителя недопустимо требовать от поверенного безусловного результата, а для адвоката - гарантировать достижение такового. В то же время Закон об адвокатуре РФ не запрещает адвокату давать доверителю гарантии результата оказанной юридической помощи. Основываясь на этом, адвокаты нередко обещают доверителю достижение определенного положительного эффекта по результату рассмотрения дела судом.

Между тем это является прямым нарушением профессиональных стандартов профессии адвоката, поскольку п. 2 ст. 10 Кодекса профессиональной этики адвоката предусматривает, чтоадвокат не вправе давать доверителю обещания положительного результата выполнения поручения, которые могут прямо или косвенно свидетельствовать о том, что адвокат для достижения этой цели намерен воспользоваться другими средствами, кроме добросовестного выполнения своих обязанностей. Однако адвокаты в погоне за финансовой выгодой нередко нарушают указанный запрет (Необходимо отметить, что нарушение указанного запрета заканчивается для адвоката, помимо дисциплинарного разбирательства, и уголовным преследованием. Так, в 2011 г. были привлечены к уголовной ответственности за мошенничество или покушение на него 64 адвоката; за дачу взятки или подстрекательство к даче взятки - 19 адвокатов). Так, по одному из дисциплинарных дел, рассмотренных Советом Адвокатской палаты Республики Татарстан, было установлено, что адвокат Ч. обещала родственникам осужденного К. добиться снижения наказания, используя связи среди своих знакомых в прокуратуре, запросив за это 1000000 руб. Совет Адвокатской палаты Республики Татарстан указал на недопустимость нарушения п. 2 ст. 10 Кодекса профессиональной этики адвоката, статус адвоката Ч. был прекращен (Решение Совета Адвокатской палаты Республики Татарстан от 25 сентября 2008 г.).

Основной особенностью предмета соглашения об оказании юридической помощи выступает цель оказания юридической помощи - защита прав и интересов доверителя. Исходя из этого, можно отнести соглашение об оказании юридической помощи к каузальным договорам. Как отмечает Р.Г. Мельниченко, это может быть как прямое (в форме судебного представительства), так и опосредованное (в виде консультирования, составления процессуальных и иных документов) участие адвоката в разрешении юридического конфликта с участием доверителя. В науке понятие "юридическая помощь" трактуется довольно широко, как и круг субъектов, задействованных в ее оказании. Например, юридическая помощь в виде разъяснения содержания правовых норм предоставляется не только адвокатами или другими частнопрактикующими юристами, но и нотариусами при совершении нотариальных действий, отдельными государственными или муниципальными органами и должностными лицами. Для целей настоящего исследования уточним, что под случаями оказания юридической помощи в дальнейшем будут пониматься случаи, когда обращение к адвокату обусловлено нарушением или оспариванием прав или законных интересов доверителя, либо предъявлением к нему каких-либо юридических требований или обвинений - гражданского иска, обвинения в совершении преступления и т.п.

Большая часть адвокатского сообщества искренне считает свою деятельность помощью, а не услугой, сопоставляя ее по значимости лишь с врачебной. Однако в отношении деятельности адвоката вопрос о том, в каких случаях мы имеем дело не просто с правовой услугой, а именно с оказанием помощи нуждающемуся, приобретает практическое значение лишь тогда, когда выясняется наличие оснований для получения бесплатной юридической помощи. Согласно ст. 44 Закона об адвокатуре РФ порядок проверки нуждаемости лица в получении бесплатной юридической помощи устанавливается адвокатскими палатами субъектов РФ. Так, в соответствии с Порядком оказания юридической помощи отдельным категориям граждан РФ на территории Московской области и компенсации расходов, связанных с ее оказанием (Порядок оказания юридической помощи отдельным категориям граждан РФ на территории Московской области и компенсации расходов, связанных с ее оказанием (утв. решением Совета Адвокатской палаты Московской области от 17 мая 2006 г.)), граждане, которые вправе получать бесплатную юридическую помощь, обязаны представить документы, подтверждающие нуждаемость.

Что касается оказания юридической помощи по возмездному договору, то здесь действительная нуждаемость заказчика в услуге представляется юридически безразличным обстоятельством, которое никоим образом не сказывается на правовом режиме предоставления помощи.

Необходимо отметить, что в научных исследованиях, опубликованных до принятия Закона об адвокатуре РФ, а также в судебной практике (Информационное письмо ВАС РФ от 29 сентября 1999 г. N 48 "О некоторых вопросах судебной практики, возникающих при рассмотрении споров, связанных с договорами на оказание правовых услуг") деятельность по оказанию юридической помощи относили к услугам фактического характера, в противоположность услугам юридического характера, урегулированным в гл. 49, 51 и 52 ГК РФ (поручение, комиссия и агентирование). Отличительной особенностью перечисленных договоров считается появление в результате их исполнения нового гражданского правоотношения с участием представляемого лица (доверителя, комитента, принципала), поскольку обязанности исполнителя в большинстве случаев сводятся к заключению сделки в интересах представляемого лица. Действия адвоката при оказании юридической помощи, например в процессе судебного разбирательства, свойствами гражданско-правовой сделки не обладают.

Юридическая помощь, оказываемая адвокатами, традиционно включала и включает в себя правозаступничество и судебное представительство, т.е. любые виды юридической помощи. Между тем процесс оказания юридической помощи разнообразен: он может включать в себя совершение как юридических, так и фактических действий характер действий здесь не имеет такого принципиального значения, как при поручении или комиссии. Объединяющим началом выступает цель совершаемых действий (деятельности) - обеспечение защиты прав и интересов доверителя. Поэтому вполне корректно наименование таких услуг правовыми (юридическими) и отнесение их к институту возмездного оказания услуг (гл. 39 ГК РФ) (К похожим выводам приходят О.М. Щуковская и М.В. Кратенко, указывающие, что использование модели возмездного оказания услуг позволяет включать в предмет соглашения об оказании юридической помощи совершение адвокатом в процессе выполнения поручения как юридических, так и фактических действий.).

Примечание. Дискуссия о необходимости разделения функций судебного представительства и правозаступничества носит довольно продолжительный характер и началась сразу после Судебной реформы 1864 г. Как указывает В.Н. Ивакин, основная причина, по которой в России в результате судебных реформ XIX в. не было и не могло быть введено деление на правозаступников и поверенных, состояла в значительно более низком уровне экономического развития России по сравнению с Францией и Англией, в которых такое деление существовало. Не вдаваясь в подробности дискуссии по данному вопросу, необходимо отметить, что в настоящее время разделение в юридической профессии на поверенных и правозаступников в определенной мере сохранилось только в Англии, однако и там наблюдается постепенное объединение этих ветвей юридической профессии.

В то же время действия фактического характера в структуре оказания юридической помощи не носят определяющего характера. Правило п. 2 ст. 779 ГК РФ о том, что нормы гл. 39 ГК РФ не применяются к услугам, предусмотренным гл. 49, 51 ГК РФ, не означает, что соглашение об оказании юридической помощи не может регулироваться гл. 39 ГК РФ. Указанную норму можно интерпретировать следующим образом:совершение юридических действий одного лица в интересах другого не регулируется гл. 39 ГК РФ - данные действия адвоката от имени доверителя регулируются нормами гл. 10 и гл. 49 ГК РФ. Как справедливо указывает М.В. Кратенко, для урегулирования отношений по представительству интересов клиента в суде достаточно было бы общих положений ГК РФ о представительстве (гл. 10) и положений ГПК РФ (АПК РФ) о судебных представителях, если бы некоторые правила о совершении представительских действий и их последствиях не находились в гл. 49 ГК РФ (ст. ст. 973, 974, 976). Именно по причине того, что правила о представительстве содержатся и в гл. 10 ГК РФ, и в гл. 49 ГК РФ, обусловлена необходимость регулирования отношений по оказанию юридической помощи нормами о поручении, помимо норм о возмездном оказании услуг.

Соглашение об оказании юридической помощи также является возмездным в силу положений ст. 781 ГК РФ и подп. 3 п. 4 ст. 25 Закона об адвокатуре РФ. Безвозмездные услуги, кроме прямо предусмотренных законом исключений (отдельные случаи безвозмездного хранения, поручения, доверительного управления), обычно не включают в предмет гражданско-правового регулирования. Возможны случаи, когда доверитель, первоначально связанный обязательством выплатить вознаграждение за выполненное поручение, впоследствии освобождается адвокатом от данной обязанности. Но и здесь можно говорить о наличии именно договора возмездного оказания услуг с последующим прекращением обязательства поручителя по уплате вознаграждения посредством прощения долга (ст. 415 ГК РФ).

Необходимо отметить, что термин "бесплатно", используемый в законодательстве (бесплатная медицинская помощь, бесплатное предоставление жилища, бесплатная юридическая помощь), не является синонимом "безвозмездно" по отношению к лицу, которое бесплатно предоставляет определенное благо. В подобных случаях затраты на оказание услуги или передачу имущества, предоставленные гражданину бесплатно, возмещаются лицу, предоставившему имущество или оказавшему услугу за счет средств бюджета или специальных фондов.

Действующее законодательство предусматривает несколько случаев оказания гражданам бесплатной юридической помощи адвокатами: ст. 20 Федерального закона Российской Федерации от 21 ноября 2011 г. N 324-ФЗ "О бесплатной юридической помощи в Российской Федерации" (далее - Закон о бесплатной юридической помощи) и процессуальным законодательством (ст. 50 ГПК РФ, ст. 50 УПК РФ) предусмотрено несколько случаев оказания адвокатами бесплатной юридической помощи гражданам.

Право на бесплатную юридическую помощь имеют: инвалиды I и II группы; дети-инвалиды, дети-сироты, дети, оставшиеся без попечения родителей; граждане, признанные судом недееспособными, и др. В вышеуказанных случаях адвокат не выполняет поручение безвозмездно, он получает вознаграждение не от лица, которому он оказывает юридическую помощь, а за счет средств бюджета субъекта РФ (п. 2 ст. 29 Закона о бесплатной юридической помощи) либо за счет средств федерального бюджета (в случае, если адвокат участвует в производстве предварительного расследования или судебном разбирательстве по назначению дознавателя, следователя или суда в соответствии со ст. 50 УПК РФ).

Необходимо отметить, что в соответствии с п. 6 ст. 18 Закона о бесплатной юридической помощи бесплатная юридическая помощь гражданам оказывается адвокатами, участвующими в государственной системе бесплатной юридической помощи на основании соглашения, заключаемого в соответствии с требованиями ст. 25 Закона об адвокатуре РФ. Данное требование представляется вполне логичным и обоснованным и для адвоката, и для доверителя: в случае возникновения каких-либо разногласий из соглашения можно будет установить данные о характере поручения, а также об объеме необходимой юридической помощи.

Следует отметить, что, несмотря на то что юридическая помощь в данном случае оказывается бесплатно, соглашение адвоката с доверителем не становится "неполноценным" или факультативным, напротив, адвокат должен выполнять обязанности по данному соглашению так же, как и по другим поручениям, за исполнение которых он получает вознаграждение в обычном порядке.

Анализируя случаи, когда оплата по соглашению об оказании юридической помощи осуществляется не тем лицом, которому данная помощь оказывается, необходимо разграничивать две внешне сходные ситуации: 1) когда адвокат получает оплату за свои услуги не от лица, которому будет оказана помощь, а, например, от его близких (супруга, родственников, друзей и т.п.) в размере, определенном соглашением об оказании юридической помощи; 2) когда оплата услуг адвоката производится за счет бюджетных средств и в предусмотренном законом порядке. Если первый способ оплаты юридической помощи вполне соответствует признакам гражданского правоотношения, то второй является характерным для отрасли социального обеспечения.

Соглашение об оказании юридической помощи является двусторонне обязывающим, синаллагматическим: обязанность доверителя (выплатить адвокату гонорар) обусловливается встречной обязанностью адвоката (предоставить доверителю юридическую помощь). Это означает, что каждая из сторон обязана к исполнению только до тех пор, пока исполнение встречного требования остается возможным, так что потребовать предоставления от другой стороны можно, лишь исполнив свое (или, по крайней мере, приступив к исполнению). Кроме того, сторонам заранее известен объем предоставления по договору, как в части объема оказываемой юридической помощи, так и в части выплачиваемого юристу вознаграждения. Исключение составляют договоры абонементного юридического обслуживания, где заранее неизвестно, в каком объеме заказчику потребуется содействие адвоката и в какой мере внесенная абонентская плата будет реально отработана, а также случаи установления в соглашении об оказании юридической помощи почасовой оплаты труда адвоката.

Весьма интересным, на наш взгляд, является рассмотрение возможности применения в соглашении об оказании юридической помощи механизма встречного исполнения обязательств (ст. 328 ГК РФ), а именно задержки встречного (последующего) выполнения поручения со стороны адвоката при неисполнении доверителем обязанности по уплате аванса или возмещению расходов, понесенных адвокатом в связи с исполнением поручения. Ввиду того что юридическая помощь зачастую оказывается лицу, остро в ней нуждающемуся (содержание под стражей; производство по уголовному делу на стадии судебного разбирательства; необходимость подачи ходатайства о наложении ареста на спорное имущество), возможность реализации данного права адвоката, на наш взгляд, не соответствует нормам этики.

Между тем нормы дореволюционного законодательства позволяли адвокату не только приостановить оказание юридической помощи, но и вообще отказаться от поручения в случае, если адвокат в установленный срок не получал от своего доверителя обусловленную сумму вознаграждения. Адвокат мог воспользоваться данным правом не только при выполнении поручений по гражданским делам, но и при оказании юридической помощи в качестве защитника по уголовному делу. В любом случае на адвоката возлагалась обязанность без промедления известить доверителя об отказе от выполнения поручения. Действующее российское законодательство устанавливает прямой запрет для адвоката отказываться от принятой на себя защиты (подп. 6 п. 4 ст. 6 Закона об адвокатуре РФ). В данном случае под "защитой" понимается деятельность адвоката в качестве защитника обвиняемого - лица, привлекаемого к уголовной или административной ответственности. В таких случаях адвокат не вправе отказываться от защиты доверителя, прекратившего выплату гонорара, и может лишь по окончании защиты предъявить к нему иск о взыскании причитающегося вознаграждения. Необходимо отметить, что не все адвокаты считают допустимым предъявление такого иска: по результатам проведенного анкетирования 75% опрошенных адвокатов указали на неэтичность взыскания с доверителя невыплаченного вознаграждения в судебном порядке, 10% опрошенных затруднились ответить.

В то же время в ряде случаев суды взыскивали с доверителя невыплаченное адвокату вознаграждение. Так, по одному из дел, рассмотренных Советским районным судом г. Орла, было установлено, что адвокатом П. было принято поручение от доверительницы С., по которому он за установленное соглашением вознаграждение обязался в интересах доверительницы разыскать наследников умерших гр. У. и гр. Ц. с целью оформления наследства на квартиру с последующим оказанием этим наследникам юридической помощи. К исполненному адвокатом поручению у доверительницы претензий не было, однако уплатить ему вознаграждение за оказанную юридическую помощь она отказалась. Суд решил удовлетворить требования адвоката о взыскании с доверительницы неуплаченного вознаграждения по соглашению об оказании юридической помощи (Решение Советского районного суда города Орла от 1 ноября 2011 г.).

Некоторые ученые считают, что в случае оказания иных видов юридической помощи (ведение гражданского, семейного дела и пр.) адвокат-представитель вправе приостановить оказание услуг в порядке ст. 328 ГК РФ, например, в случае отказа клиента авансировать или возместить уже понесенные адвокатом расходы по делу. Между тем приостановление исполнения поручения может крайне негативно сказаться на защите интересов доверителя, например, могут быть пропущены процессуальные сроки подачи ходатайств или жалоб, упущена возможность приобщения к материалам дела важных доказательств.

В дореволюционной литературе отмечалось: "Присяжный поверенный не обязан вести дело за свой счет... Но он обязан, без напрасных промедлений, ликвидировать свои отношения к доверителю, если этот последний уклоняется от уплаты расходов по делу... Адвокат вместе с доверенностью принимает на себя и заботу об успешном ведении порученного ему дела и не должен быть равнодушным свидетелем того, как время понемногу разрушает доказательства намеченных им исковых требований". Кроме того, приостановление адвокатом исполнения поручения можно расценивать как действия, направленные к подрыву доверия (п. 2 ст. 5 Кодекса профессиональной этики адвоката), а также рассматривать в качестве нарушения обязанности при всех обстоятельствах сохранять честь и достоинство, присущие профессии адвоката (п. 1 ст. 4 Кодекса).

Действующее законодательство не содержит положений о том, что юридическая помощь, оказываемая адвокатом, относится к группе личных услуг, хотя некоторые из содержащихся в гл. 39 ГК РФ положений, например о праве заказчика в любое время отказаться от договора без полного возмещения убытков другой стороне, оправданны лишь применительно к разряду личных услуг, оказывающих воздействие на личную сферу гражданина.
Дореволюционные исследователи не пришли к согласованному мнению относительно правовой природы услуг присяжных поверенных и причисляли некоторые из них к предмету договора поручения, а другую часть - к предмету личного найма, что не имело принципиального значения для обоснования личной связи между доверителем и присяжным поверенным.

Поручение и личный наем были включены в разд. IV кн. IV т. X (ч. 1) Свода законов гражданских и составляли группу так называемых личных обязательств, возникновение и само существование которых было тесно связано с личностью сторон. Заключение данных договоров предполагало наличие определенного доверия к личности нанявшегося или поверенного, их профессиональным и личным качествам. Договор личного найма создавал между контрагентами связь строго личного характера, а потому замена субъектов первоначального отношения считалась недопустимой ни inter vivos, ни mortis causa: "Оказать услугу, доставить свой труд может только нанявшийся, требовать услуги - только нанявший". Применительно к договору поручения в ст. 2330 т. X Свода законов гражданских прямо указывалось на прекращение действия договора в случае смерти любой из сторон, лишения любой из сторон всех прав состояния или признания недееспособной; возможность передоверия должна была быть прямо предусмотрена в первоначальной доверенности (ст. 2329).

Действующее законодательство также предусматривает личный характер связи в договоре возмездного оказания услуг: исполнитель обязан оказать услугу лично, если иное не предусмотрено договором или законом (ст. 780 ГК РФ). Как отмечает И.Н. Лукьянова, доверительный характер отношений адвоката и доверителя предполагает, что только адвокат лично дает консультацию доверителю, отвечая за конечный результат юридических изысканий. Конечно, при подготовке юридической консультации адвокату может оказывать помощь его стажер или сотрудник того же адвокатского образования. Однако ни стажер, ни тем более сотрудник в силу прямого запрета, установленного ч. 2 ст. 28 Закона об адвокатуре РФ, не могут консультировать доверителя самостоятельно, как не могут выполнять поручения доверителя, например выступать в судебном заседании или подписывать исковое заявление.

Отдельные части поручения технического характера могут выполняться стажером адвоката или сотрудником адвокатского образования, если они не требуют применения юридических познаний (например, подать исковое заявление в канцелярию суда, скопировать материалы дела и т.п.). Между тем в случае, если соглашение об оказании юридической помощи устанавливает повременную оплату труда адвоката, а подача документов, сбор доказательств по делу (например, получение ответов на адвокатские запросы и т.п.) и другие вспомогательные действия по выполнению поручения выполняются помощником или стажером адвоката, то данные действия должны оплачиваться в меньшем размере по сравнению со ставкой адвоката. Например, для стажера или помощника соглашением может быть предусмотрена меньшая повременная ставка оплаты, чем у адвоката. Данное условие должно в обязательном порядке закрепляться в соглашении об оказании юридической помощи.

Примечание. В то же время необходимо отметить, что в случае привлечения адвокатом в процессе оказания юридической помощи стажеров или помощников для выполнения вспомогательных функций соглашение адвоката с доверителем обязательно должно содержать положение об этом.

В договоре поручения личности контрагентов придается еще большее значение: смерть, признание недееспособным, ограниченно дееспособным или безвестно отсутствующим доверителя или поверенного влечет прекращение договора поручения (п. 1 ст. 977 ГК РФ). Отсутствие подобной нормы в гл. 39 ГК РФ о возмездном оказании услуг еще не проясняет вопрос о возможности правопреемства по данному договору. В силу ст. 383 ГК РФ не допускается переход к другому лицу прав, неразрывно связанных с личностью кредитора.

Оказание юридической помощи доверителю осуществляется адвокатом только по конкретному поручению. Это свидетельствует об обоюдно личном характере обязательства по оказанию адвокатом юридической помощи: для каждого из контрагентов личность другого имеет существенное значение. Это подтверждается подп. 1 п. 4 ст. 25 Закона об адвокатуре РФ, согласно которому указание на адвоката, принявшего исполнение поручения в качестве поверенного, является существенным условием соглашения об оказании юридической помощи. Следовательно, перемена лиц в обязательстве по оказанию юридической помощи (не во всем соглашении в целом, а именно в обязательстве адвоката исполнить конкретное поручение доверителя) невозможна.

В то же время некоторые исследователи допускают возможность перемены стороны в соглашении на стороне адвоката при наличии уважительных причин (например, из-за болезни) и с согласия клиента. На наш взгляд, в случае возникновения ситуации, при которой адвокат в силу объективных причин не способен осуществлять дальнейшее исполнение поручения, он должен заключить с доверителем соглашение о расторжении договора, с тем чтобы доверитель мог обратиться за юридической помощью по данному поручению к другому адвокату.

Правопреемство на стороне доверителя (включая переход прав доверителя к другому лицу по сделке либо в силу закона), по нашему мнению, также не представляется возможным в силу лично-доверительных отношений между адвокатом и доверителем: доверие у адвоката к новому доверителю не может возникнуть только в силу совершенной уступки. М.В. Кратенко отмечает, что уступка доверителем требования о получении юридической помощи другому лицу оправданна, например, в тех случаях, когда этому же лицу уступается (или переходит в силу закона) и то спорное право, для защиты которого доверитель обратился за помощью к адвокату. Данная позиция представляется не совсем верной, поскольку право на получение юридической помощи принадлежит конкретному лицу, а не следует за спорным правом. Например, в случае продажи квартиры, в отношении которой у предыдущего собственника имелся судебный спор с нанимателем о порядке пользования, к новому собственнику не могут перейти права из соглашения об оказании юридической помощи на представление адвокатом интересов старого собственника в вышеупомянутом споре.

Рекомендуем

Интересное

Полезное
Декабрь 2017
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Ноя    
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031